окр плохие мысли про маму
Навязчивые мысли про дочку. После родов страх обострился
Я сочувствую Вам очень. Мысли действительно способны омрачать Вашу жизнь и делать ее безрадостной.
Если Вы уже обращались за помощью к психологу и чувствовали результат, что удерживает Вас от того, чтобы снова обратиться и продолжить работу над собой? Потому что одной справиться не всегда возможно. Нужен специалист, который будет наставлять, проверять выполнение вами заданий, давать новые, смотреть за динамикой, вносить коррективы, обсуждать с Вами возможные варианты развития Вашего состояния, давать вам своевременную информацию о происходящем с Вами. И тогда Вам было бы проще от такой последовательной работы.
я не могу так часто ездить на приемы, не с кем оставить ребёнка, хотелось бы поработать онлайн, вы занимаетесь такими вопросами? Я в прошлый то раз еле еле мужа уговорила отпроситься с работы и побыть с дочкой, чтобы съездить куда то очно. Просто сейчас я как будто бы уже не верю что это невроз так проявляется и мнительность, мне кажется это мои мысли, очень жутко от этого (скажите вам вообще встречались такие обращения?
И я писала психологу, к которому ходила, он ответил только что принцип работы тот же, те же упражнения, это такая же навязчивая мысль как и та, просто она приобрела другой окрас, мозг ищет чем ещё меня напугать, ну и что то в этом роде. Никаких особых разборов этой проблемы у нас и очно на консультации не было, просто он сказал что это окр и что надо делать так и так, и все.
Виолетта, понятно, что ОКР, но вот не так просто и однозначно с ним нужно работать, используя одни и те же упражнения. Судя по Вашим описаниям, Вы использовали когнитивные приемы работы, если речь шла о работе с мыслями. Кроме этого есть ряд других. Я работаю методами ДПДГ- это переработка негативных эмоциональных переживаний с помощью движений глаз. Это- быстрый метод и эффективный. Мы можем проводить его в скайпе. Вы быстро почувствуете изменения.
Просто сейчас я как будто бы уже не верю что это невроз так проявляется и мнительность, мне кажется это мои мысли, очень жутко от этого (скажите вам вообще встречались такие обращения?
Виолетта, я встречаюсь с таким чаще, чем хотелось бы. Очень часто невроз сопровождается негативными мыслями, которые навязчивы, тревожны, способные пугать и держать организм в хроническом напряжении. С этим можно и нужно справляться. Постоянная тревога- это постоянная усталость, сниженное настроение, отсутствие энергии и чувство счастья. Давайте попробуем разобраться с этим в скайпе. Я отвечу на все Ваши вопросы по этой работе, чтобы Вы понимали- что будет происходить и как я смогу помочь, чтобы здесь тревоги у Вас не возникало.
Если комфортнее писать в личные сообщения- пишите, я сразу же отвечу Вам.
Мысленно желаю плохого родным. ОКР?
Здравствуйте, извините пожалуйста за беспокойство.
Надеюсь на Ваше понимание.
Я мысленно про себя желаю своим родным и близким всего плохого, которые мне вообще ничего не сделали. Когда начинаю молиться за всех вслух, то про себя желаю им тоже плохого. Это происходит как то автоматически. Будто во мне какой то злой зверь сидит. Мучаюсь я так уже год.
Очень боюсь за своих родных и чувствую перед ними вину.
В гос. Больницу к психотерапевту не хочу идти, т. к боюсь что поставят на учёт, а на частного денег нет, очень трудная ситуация сейчас в жизни.
Буду очень благодарна Вам за все Ваши ответы и советы.
Храни Вас Бог!
Похожие и рекомендуемые вопросы
7 ответов
Здравствуйте, Ирина.
Возможно, речь идет о навязчивых мыслях в рамках ОКР. Но правильный диагноз можно поставить только на очном приеме в кабинете врача-психотерапевта.
Обсессивно-компульсивное расстройство требует как медикаментозной терапии, регулярного наблюдения врача-психотерапевта, так и психотерапии, направленной на повышение самооценки, когнитивно-поведенческого подхода.
Наряду с этим, благоприятное воздействие на течение заболевания оказывает нормализация режима труда и отдыха, выход из среды хронического стресса, принятие личности пациента в семье и другом значимом окружение, отсутствие внутрисемейных конфликтов и общеукрепляющая терапия (витаминотерапия, закаливание, массаж, плавание, легкие виды спорта).
Более подробно можно почитать тут: http://vk.com/topic-41370430_27855324
Уважаемая Дороти Вячеславовна, здравствуйте!
Благодарю Вас, что откликнулись на мою проблему.
Буду ждать Вашему ответа.
Поиск по сайту
Что делать, если у меня похожий, но другой вопрос?
Мы отвечаем на 97.45% вопросов.
Обсессивно-компульсивное расстройство (ОКР)
Что такое обсессивно-компульсивное расстройство?
Обсессивно-компульсивное расстройство (ОКР) – это расстройство, при котором у человека наблюдаются повторяющиеся нежелательные мысли, навязчивые идеи или побуждения делать что-то снова и снова (компульсии). У некоторых людей могут быть как навязчивые идеи, так и компульсии.
ОКР – это не просто такие привычки, как грызть ногти или иногда появляющиеся негативные мысли. У человека с ОКР может возникнуть навязчивая мысль, например, что определенные числа или цвета являются «хорошими» или «плохими». Навязчивая привычка может заключаться в том, чтобы мыть руки именно семь раз после прикосновения к чему-то, что предположительно может быть грязным. Хотя человек с ОКР может и не хотеть следовать своим компульсиям или желать избавиться от навязчивых мыслей, они однако носят характер сверхценностей и он чувствует себя бессильным сопротивляться или остановиться.
У многих людей есть свои привычки или повторяющиеся мысли. Однако у людей с ОКР они:
Типы и симптомы обсессивно-компульсивного расстройства
ОКР бывает разных форм, но большинство случаев попадает как минимум в одну из четырех общих категорий:
Навязчивые мысли и компульсии
Люди с ОКР обычно понимают, что их мысли и привычки не имеют смысла. Они крутят эти мысли, следуют побуждениям не потому, что им нравится, а поскольку не могут отказаться от них. А если останавливаются, людям с ОКР становится настолько плохо, что они начинают снова.
Навязчивые мысли часто могут включать:
Компульсивные привычки часто могут включать:
Причины обсессивно-компульсивного расстройства и факторы риска
Причин ОКР может быть несколько. Расстройство очень индивидуально, для определения причин нужна консультация психотерапевта или медицинского психолога. Выделяют следующие факторы риска:
Обсессивно-компульсивное расстройство (ОКР) у детей
Некоторые родители могут изо всех сил пытаться различить ОКР в типично детском поведении. Некоторые ритуалы, такие как молитвы перед сном или расстановка игрушек, могут просто соответствовать возрасту. Тем не менее, когда привычки мешают школе или дружбе, могут возникнуть причины для беспокойства.
Симптомы ОКР у детей
Насторожить родителей должны такие признаки:
У детей и подростков чаще наблюдаются симптомы, связанные с вредом, чем у взрослых. Обычно дети навязчиво просят взрослых их успокоить. Они часто жаждут рутины и последовательности. Дифференциальный диагноз поставить может только квалифицированный специалист, равно как и предложить методы коррекции или терапии.
Диагностика обсессивно-компульсивного расстройства
Дифференциальная диагностика используется для правильной оценки расстройства, учитывая схожесть симптомов и возможное перекрывание с другими расстройствами. Дифференциальная диагностика является исключительно клинической оценкой, реализуется только соответствующими специалистами и ни в коем случае не самим пациентом или его близкими. Кроме консультации психотерапевта может проводиться медицинский осмотр, назначаться анализы крови, чтобы убедиться в отсутствии других расстройств и заболеваний, спровоцировавших симптомы.
Лечение обсессивно-компульсивного расстройства
Единого лекарства от ОКР не существует. Психотерапевт может применять как немедикаментозные методы психотерапии, так и назначать таблетки или использовать оба подхода в зависимости от симптоматики в каждом конкретном случае. Самоназначение лекарств недопустимо во избежание негативных и неучтенных в плане лечения побочных эффектов и усугубления расстройства.
Психотерапевтическое лечение без лекарств может включать когнитивно-поведенческую психотерапию, экспозиционную психотерапию, десенсибилизацию, релаксационные методики или другие методы немедикаментозной психотерапии по рекомендации психотерапевта или медицинского психолога. Среди медикаментов могут назначаться антидепрессанты, анксиолитики, в более сложных случаях антипсихотические препараты. Нейромодуляция, транскраниальная магнитная стимуляция используются достаточно редко.
Связь ОКР с другими расстройствами
Некоторые отдельные расстройства имеют симптомы, схожие с ОКР. Обсессивно-компульсивное расстройство (ОКР) должно быть дифференцировано от следующих расстройств:
Тест: обсессивно-компульсивное расстройство
Служит для оценки выраженности симптомов обсессивно-компульсивного расстройства (ОКР). Предоставлен для ознакомительных целей. Ввиду схожести симптоматики ОКР с другими расстройствами НЕ заменяет профессиональную дифференциальную диагностику психотерапевтом.
Для начала теста пройдите по ссылке «Тест: обсессивно-компульсивное расстройство (ОКР)»
Авторы:
Врач высшей категории, психотерапевт, сексолог Виткин М. М.;
К.п.н., психолог, сексолог-консультант Бальций Н. М.
ЗдоровьеНавязчивые мысли:
Что делать, если у вас повышенная тревожность
Как распознать ОКР
Текст: Гаяна Демурина
Беспокойство — естественная реакция психики в ситуации неизвестности, и даже внешне невозмутимых людей время от времени терзают тревожные мысли. Мозг, чтобы разгрузиться, запускает собственную кампанию по борьбе с волнением: подсознание изобретает маленькие ритуалы, выполнение которых позволяет переключиться. Когда такой защитный механизм выходит из строя, специалисты говорят о признаках обсессивно-компульсивного расстройства (ОКР) — при этом тревога становится постоянным спутником жизни, а «спасительные» действия превращаются в бесконечную ликвидацию угрозы. Мы поговорили с психотерапевтом, кандидатом медицинских наук и членом Ассоциации когнитивно-поведенческой терапии Дмитрием Ковпаком о том, что скрывается за симптомами ОКР, как с ним бороться и почему перфекционистам стоит быть начеку.
Какими бывают навязчивости
Внешние проявления обсессивно-компульсивного расстройства делятся на собственно обсессии и компульсии. Обсессии — это навязчивые идеи или опасения, которые внедряются в общий поток мыслей как будто из ниоткуда, но надолго выбивают из колеи. Обсессии взывают к
устойчивым убеждениям или глубинным эмоциям, например к страху, поэтому ими трудно управлять. Чтобы компенсировать зудящее беспокойство, человек совершает компульсии — вынужденные ритуалы, будто бы способные предотвратить то, чего он боится.
Классическим примером обсессивно-компульсивного расстройства часто называют зацикленность на чистоте, в том числе рук, которые, как кажется, собирают наибольшее количество окружающей грязи. Назойливая мысль, что бактерии и вирусы попадут в организм, приведут к инфекции или неизлечимой болезни, вселяет в человека ужас, подталкивая много раз в день старательно мыть руки и обрабатывать их антибактериальным гелем. Правда, ипохондрия необязательно свидетельствует об ОКР — она может быть и одним из симптомов, и самостоятельной формой тревоги. При ОКР навязчивые мысли не всегда вертятся вокруг потенциальных болезней — порой они связаны со страхом причинить вред себе или окружающим, с нежелательными и пугающими сексуальными образами, со стремлением выполнять задачи идеально и прочими обсессиями.
Сильной мотивацией для совершения ритуалов становится также уверенность в собственном «магическом» мышлении. Пациенту с ОКР может казаться, что если он только представит, как кого-то из близких собьёт машина, это обязательно случится. Чтобы дела складывались удачно и не произошло ничего страшного, человек придумывает и определённым образом исполняет затейливые действия, компульсии — они выполняют роль магических «оберегающих» ритуалов. Это может быть, например, раскладывание предметов на столе по цвету или размеру или попытка при ходьбе не наступать на стыки между плитками, чтобы не произошло что-то страшное.
Чтобы не произошло ничего страшного, человек придумывает и определённым образом исполняет затейливые действия, компульсии — они выполняют роль магических «оберегающих» ритуалов
«Компульсии, мысленные и физические, я выполняю постоянно, — рассказывает Ольга. — Я боюсь почти всего, любая вещь может показаться мне опасной для близких. Когда такая мысль приходит, я чаще всего переделываю то, что делала: возвращаюсь на несколько шагов назад, а потом иду вперёд, заново вхожу в дверь, нажимаю на кнопку, отправляю письмо. Ещё мне всё время хочется считать повторения и предметы. Их должно быть четыре, восемь, девять или десять — остальные числа для меня „плохие“. Правда, плохие и хорошие числа могут меняться в зависимости от конкретных страхов. То же самое с цветом: есть хороший, есть плохой. Одежду плохого цвета и с неправильным количеством пуговиц я покупать боюсь. Покупать вещи — это вообще самое сложное. Я не могу делать подарки, так как трудно выбрать то, что соответствует моим суевериям. Бывают дни, когда я не выполнила компульсию, и я ощущаю себя „грязной“, то есть не могу делать ничего важного — в такой день я толком не могу работать. В итоге я дарю лучшим друзьям и родственникам гели для душа, а себе не покупаю новых вещей. Иногда мне стыдно, что я выгляжу как оборванка — и стыд заставляет пойти в магазин и купить что-то новое; обычно это очень дешёвые вещи, которые не жалко будет выбросить или не носить, когда они покажутся мне „грязными“ в результате навязчивых мыслей».
«У меня были разные навязчивости — делится опытом Антон. — Странные образы приходили постоянно: во время прогулок, во время общения с близкими, в то время, когда я оставался один. Помню, как дико я боялся совершить какой-нибудь нелепый поступок: встать и накричать на коллег по работе, избить повара ресторана, в котором я тогда работал, ударить свою маму. Я стал ощущать себя скованно в общении с другими людьми. Чувствовал, что со мной что-то не так, а рассказать об этом я не могу — ведь все подумают, что я болен». Сегодня в медицинской классификации ОКР относят к невротическим состояниям, хотя до недавнего времени его определяли как психическую болезнь. Этот недуг, как уточняет Дмитрий Ковпак, радикально отличается, например, от шизофрении осознанием: человек понимает, что с ним не всё в порядке, относится к проблеме критически, пытается с ней бороться.
Кто в группе риска
Согласно данным исследований, обсессивно-компульсивному расстройству подвержены до 3 % населения. Мужчин и женщин заболевание настигает с одинаковой частотой. А вот возраст, при котором ОКР впервые даёт о себе знать, может быть разным: обычно симптомы возникают у взрослых людей, но,
по некоторым данным, с расстройством сталкиваются до 4 % детей и подростков; пожилые люди тоже не исключение. Влияет на показатели и то обстоятельство, что не все обращаются за помощью, хотя во многом ОКР снижает качество жизни, а его воздействие на социальные навыки человека сопоставимо с вредом от депрессии и алкогольной зависимости.
Нередко недуг возникает и развивается у тех, кто живёт с другими заболеваниями, например депрессией или биполярным расстройством. Склонность к перфекционизму, известному и своей негативной стороной, может также стать фоном для развития ОКР. Само по себе обсессивно-компульсивное расстройство не перерастает в более серьёзную болезнь и не приводит к потере рассудка, несмотря на опасения многих пациентов. Однако бывает и так, что ОКР — это не диагноз, а симптом в рамках заболеваний совсем иного рода. Но определить разницу в этом случае под силу лишь врачу: самодиагностика не приведёт ни к чему, кроме нервных срывов и новых тревожных мыслей.
«Навязчивые, „сильные“ ритуалы у меня появились, когда в четырнадцать лет я начала активно худеть, — рассказывает Людмила. — Это был такой адский коктейль невротика: анорексия, нервное истощение и ОКР. Основных ритуалов было несколько: я могла смотреть в зеркало до тех пор, пока мне не понравится моё выражение лица (звучит странно и немного жутко), раскладывать носки перед сном под конкретным углом от кровати, передвигать стул или шторы определённым образом. Обязательно нужно было прощаться с домом, когда куда-то уходишь — иначе он „обидится“. С тех пор прошло шесть лет, с анорексией я попрощалась к шестнадцати годам, с остальными пищевыми расстройствами — несколько позже. Сейчас за спиной почти два года более или менее адекватной жизни — за исключением снящихся иногда кошмаров и по-прежнему живущего со мной ОКР».
Как лечат расстройство
Специалисты до сих пор не могут однозначно объяснить, из-за чего развивается ОКР. На этот счёт существует множество гипотез, но ни одна из них пока не располагает строгими доказательствами. Генетический фактор, безусловно, принимается во внимание: вероятность наследования ОКР от ближайших родственников может составлять от 7 до 15 %. Иногда причину видят в снижении уровня серотонина, «гормона счастья», но и эта теория не получила достаточно подтверждений.
Поскольку ОКР принято рассматривать как невроз, то и лечат его соответствующим образом, часто применяя когнитивно-поведенческую терапию. Она позволяет определить причины тревоги, понять, откуда возник внутренний конфликт, за которым последовали обсессии и компульсии. Разобравшись с источником ОКР, психотерапевт помогает человеку увидеть иррациональность страхов и их противоречие реальности и жизненному опыту. Одна из задач специалиста на этом этапе — поменять негативное отношение к симптомам на нейтральное, научить пациента принимать и переживать свой страх, а не избегать его, возобновляя порочный круг обсессий и компульсий. Для этого может использоваться техника экспозиции (погружения), при которой состояние тревоги искусственно усиливают до предела, а пациенту не разрешается выполнять свои обычные компульсии. Достигнув пика, беспокойство неожиданным образом сходит на нет.
Антон вспоминает, что предложение психотерапевта попробовать экспозицию он поначалу воспринял с опаской. «Конечно, мне было страшно, я боялся, что мне от этого станет хуже. Я боялся навязчивых образов и мыслей, привык от них убегать — а тут надо было встретиться с ними лицом к лицу. Это немного нарушало мою картину мира. Однажды, когда навязчивости терзали меня особенно сильно, я решил попробовать. Начал с того, что в красках представил, как причиняю себе вред. Конечно, во время упражнения я заметил усилившуюся тревогу. Мне стало страшно. Но чем больше я погружался в свои страхи, тем легче мне становилось. Постоянно усиливая негативные мысли, я добился того, что они причиняли всё меньше дискомфорта. Они приходят незаметно — но и уйти могут так же легко».
«Боялась, что сойду с ума и начну всех резать». Как живут обсессивные невротики
Поделиться:
«Я не выдыхаю в присутствии своих близких, чтобы не навредить им»
Полина, 22 года, Кемерово:
В четыре года меня покусала собака, 13 шрамов оставила. Вскоре я стала делать все симметрично: касаться правой и левой рукой предметов одинаковое количество раз, кусать губы справа и слева. Я могла сбиться со счету и кусала губы до крови, чтобы достичь баланса. Со ступеньками и тротуарной плиткой — аналогично: надо наступить на одинаковое количество ступенек и на каждом пролете чередовать ногу для первой ступени. Асимметрия доставляет мне дискомфорт. Я пишу и работаю обеими руками по этой же причине.
В пять лет у меня появилась фобия, связанная с дыханием. Если я вдохнула, глядя на что-то неприятное, больное, некрасивое, то выдохнуть надо на небо. Глядя на близких и родных, я не выдыхаю, потому что думаю, что я вдыхала много всякого и могу им навредить.
Я так часто задерживаю дыхание, что у меня начинает кружиться голова. Я пыталась убедить себя, что от моего дыхания ничего в мире не изменится. Не получилось
С возрастом страхи только усилились. Я вышла замуж. Перед уходом на работу вдыхала, смотря на мужа, и бежала закрывать дверь, боясь дышать — для меня это стало ритуалом. Иначе думала, что он уйдет и не вернется. Вскоре в семье начались проблемы. Оказалось, что муж совсем несамостоятелен и живет одним днем, как стрекоза из басни. Я любила его и боялась уйти, хотя это был логичный исход отношений — уйти от того, кто сел на шею. Он сам ушел, когда я перестала выполнять ритуал. Головой понимаю, что это случилось, потому что я ему все высказала, но часть меня говорит, что это из-за ритуала.
Сейчас я так часто задерживаю дыхание, что иногда у меня кружится голова от гипоксии. О моих проблемах никто из близких не знает. Я пыталась убедить себя, что от моего дыхания ничего в мире не изменится. Не получилось. Я бы сходила на прием к специалисту, но где его найти, я не знаю.
«Я не могла уснуть, вспомнив, что что-то не помыла»
Ольга, 24 года, Подольск:
В два года у меня начался хронический бронхит, я болела чаще, чем ходила в сад. Так что со сверстниками почти не общалась. В школе у меня тоже не было друзей: надо мной смеялись из-за кривых зубов. Я была тихой плаксой, не могла дать сдачи или что-то ответить. Меня пинали, на меня плевали, портили мои вещи и ими же били, обзывали просто так, потому что это было весело.
Тем временем мои родители разошлись. Мама работала с утра до ночи и дома почти не появлялась, а старший брат был сам по себе. Я ушла в себя и много фантазировала; в своем мире было гораздо лучше, чем в реальности.
Однажды, когда мне было 13 лет, мама попросила помыть посуду. Я провозилась на кухне полдня: вымыла посуду, раковину, столы, полки, плиту. Мама застала меня с зубной щеткой, моющую плинтус. С тех пор я каждый раз намывала все так, что в СЭС бы ахнули. Я не могла уснуть, вскакивала, вспомнив, что что-то не помыла. Потом из-за усталости я перестала убираться вовсе, но начала грызть ногти, накручивать волосы на палец и вырывать их с корнем.
В 15 лет я познакомилась в интернете со своим будущим мужем. Это были мои первые отношения. Со втоптанной в плинтус самооценкой сложно было поверить, что я кому-то нравлюсь. Он сделал меня другим человеком, более уверенным в себе. Его семья и друзья принимали меня — о другом я и мечтать не могла. Первое время он смеялся над тем, как я увлекаюсь уборкой. Говорил «притормози», при этом он не считал мое поведение странным, это была моя особенность.
Когда родилась дочь, меня поглотила депрессия, и навязчивые мысли начали возвращаться. Все стало совсем плохо, когда ребенку поставили диагноз «аутизм»
Когда родилась дочь, меня поглотила депрессия, и навязчивые мысли начали возвращаться. Все стало совсем плохо, когда ребенку поставили диагноз «аутизм». Я делала все на автомате: каждый день одно и то же, я одинаково убиралась, ставила вещи в определенном порядке, гуляла по одному маршруту. В голове творился хаос, я впадала в ужас от своих мыслей, думала о том, что будет после моей смерти, как будут реагировать люди. Что самое ужасное, я думала о смерти ребенка. Я не могла избавиться от этих мыслей, они добивали меня. На работе мое состояние играло мне на руку: в мои обязанности входила уборка, и с этим проблем не было. Оставаясь с собой наедине, я заглушала мысли музыкой.
Психиатр моего ребенка обратил внимание на мое поведение и посоветовал обратиться к врачу, но я до сих пор к нему не иду. Для меня это непроходимый барьер. Я начала больше заниматься собой и заметила, что музыка хорошо на меня влияет. Слушаю то, что ассоциируется с хорошими воспоминаниями, вдохновляет и настраивает на нужный лад. Пересиливаю свои навязчивые действия. Муж меня очень поддерживает: например, когда я ложусь спать и знаю, что закрыла дверь, но не уверена, он меня отвлекает, чтобы я не сорвалась и не побежала проверять. Близкий человек — лучшее лекарство.
«Когда вижу новости про аварии и теракты, с катушек съезжаю»
Варвара, 25 лет, Москва:
В пять лет у меня начался тик, а в школе — ритуалы: если не сделаю перед сном несколько определенных движений, в школе будет неудачный день.
Мне стало сложно работать на ответственной работе. По образованию я инженер, но сейчас устроилась простым курьером
Еще есть навязчивый страх материализации мыслей. Тогда я снова совершаю «ритуалы»: произвожу движения руками и сильно встряхиваю головой, чтобы выбить эти мысли из головы, до тех пор пока как будто бы физически не почувствую, что они исчезли. Сильнее всего меня накрывает по ночам, если сильно понервничаю, и еще почему-то осенью.
Четыре года назад я обратилась к врачу. Он диагностировал навязчивые состояния и тревожно-депрессивное расстройство, прописал антидепрессанты. Принимала я их на протяжении трех лет. ОКР отступило, навязчивости заметно ослабели, стало гораздо легче фильтровать мысли. Но, к сожалению, лекарства действовали только первый год и от них было много побочек: полное отсутствие аппетита, какой-то абсолютный пофигизм, бессонница, скованность во всем теле, легкая дрожь. Антидепрессанты я не принимаю уже год, мое состояние сейчас относительно стабильное, иногда появляются навязчивости, но несильно и нечасто. Заметила, что если не допускать стрессовых ситуаций, не смотреть агрессивные фильмы и передачи со всякими ужасами, не пить алкоголь, то становится немного легче.
Мне стало сложно работать на ответственной работе. По образованию я инженер, но сейчас устроилась простым курьером. Трудно общаться с людьми, очень сильное равнодушие ко всему, иногда вообще пропадает желание хоть что-то делать. Сложно не то что выйти из дома, а даже дома какие-то дела делать. Окружающим ничего об этом не рассказываю. Даже в семье не особо разговариваем на эту тему. Только один раз я поделилась этим с мужем, он не обратил внимания и забыл об этом уже на следующий день.
«От страха опозориться я перестала есть»
Ольга, 27 лет, Нижний Новгород:
Думаю, этот случай послужил толчком к развитию ОКР. Вскоре я начала выполнять ритуалы: если сегодня было все хорошо и я вела себя определенным образом, то завтра я сделаю то же самое. Например, в школу я ходила шаг в шаг, срезая путь по траве, вытоптала тропинку, и до восьмого класса всегда ходила по ней. Я научилась определенным образом чистить зубы, держать ручку и ложку, причесываться, покупать на обед один и тот же пирог и сок. Большую часть дня я мысленно разговаривала с воображаемой подругой. Не помню, чтобы я чего-то боялась дольше десяти минут, поскольку любой страх научилась переводить в действие.
В старшей школе на меня стала накатывать тошнота, когда я сильно нервничала. От страха опозориться на людях я перестала есть перед уроками и важными экзаменами. Так я заболела анорексией. Организм начал бастовать: прекратились месячные, высохли волосы, ногти, по ночам болело в груди — как оказалось, защемило нерв. Мне выписали гормоны, от них было много побочек, я растолстела, начались проблемы с кожей.
Главное правило борьбы с фобиями — рутина не может быть страшной. Нужно утомить мозг проговариванием своих страхов
Промучившись с месяц, я пошла к врачу. Мне попался очень хороший психотерапевт, лучший по фобиям в нашем городе. Он не лечил ОКР, но помог мне принять себя. Он дал мне несколько действенных упражнений: например, описать на бумаге самыми страшными словами свои страхи и зачитывать написанное вслух несколько раз в день. Вначале было тяжело, но через месяц я перестала бояться своих мыслей. Главное правило борьбы с фобиями — рутина не может быть страшной. Нужно утомить мозг проговариванием своих страхов.
Психотерапевт объяснил, что «контрастные» мысли появились от отмены гормональных препаратов — эффект напоминал послеродовую депрессию. Еще я, по совету врача, написала письмо воображаемой подруге из детства, спросила, почему она так мучает меня. Психотерапевт сказал взять ручку в левую руку и написать ответ на это письмо. Сначала не получалась даже корявая буква, а потом я настрочила целый лист. Я писала то, чего сама не знала: так мое подсознание пыталось меня защитить.
Все эти упражнения очень помогли мне в борьбе со страхами. Около месяца я была нормальным человеком и смогла отдохнуть от ОКР — до появления новых страхов.
Сейчас я хотя бы боюсь реальных вещей: у меня есть страх за близких, который я все еще пытаюсь заглушить ритуалами. Я переделываю все, что было сделано с плохими мыслями. Мне сложно покупать новые вещи и принимать подарки. Когда я в первый раз надеваю вещь, в голове у меня должна быть хорошая мысль.
Мне трудно найти работу, потому что я не умею делать выбор без участия компульсий. Вакансия может не подойти, потому что в названии мне не понравится какое-то слово, или ассоциация плохая, или цифра какая-то не устраивает в зарплате. Я догадываюсь, что вселенной не важно, где я буду работать. Но внутри меня сидит эгоистичный ребенок, который говорит, что каждый мой выбор подобен эффекту бабочки.
Но меня подстегивает стыд. Когда близкие говорят: «Иди работай! Хватит сидеть на шее», я могу пойти на любую работу. Стыд отрезвляет. Когда я жалуюсь друзьям, как тяжело мне живется, я, наверное, хочу понимания, но оно не приносит никакой пользы. Друзья отвечают: а почему ты думаешь, что у других не так, что твоя проблема самая важная и сложная? После этого напряжение спадает. Друзья держат меня в тонусе, требуя, чтобы я была нормальной. Ничто не дается ОКР-щику легко, значит пусть дается сложно, с боем. Но дается.
Владимир Плотников, психоаналитик, руководитель центра психологической помощи TalkTime:
Распознать ОКР у себя достаточно просто. Почти стопроцентный признак развивающегося обсессивного расстройства — навязчивые мысли в духе «а не схожу ли я с ума». Второй безошибочный момент — это навязчивые действия, без реализации которых человек ощущает захлестывающую его тревогу. Например, желание через каждые 15 минут мыть руки или переступать через трещины в асфальте. Сопутствующие обсессивно-компульсивному неврозу нарушения характера выявить у себя уже гораздо сложнее — нужна высокая степень рефлексии, а одна из наиболее часто встречающихся черт характера обсессивных невротиков — недоверие к себе и к миру. Довольно часто ОКР сопутствуют повышенная тревожность или соматические проблемы — тремор рук, сердцебиение, а также сенестопатия — непереносимый дискомфорт в теле, который плохо поддается вербализации.
Терапии ОКР поддается вполне успешно. Можно сказать, что все классические модели психотерапии созданы на ОКР в тех или иных его проявлениях. Стабильный эффект может наступить уже через год психотерапии или психоанализа. Часто психиатры в случае ОКР выписывают всевозможные таблетки, помогающие снизить тревожность, но ни в коем случае нельзя ограничиваться медикаментозным лечением. Отсутствие психологической работы может сказаться еще более жестким обострением в ближайшем будущем.
Александра Бархатова, ведущий научный сотрудник Научного центра психического здоровья, врач-психиатр высшей категории:
ОКР — достаточно частое явление. Однако официальная статистика далека от реальной картины, поскольку люди, живущие с ОКР, не идентифицируют его как расстройство психической сферы и не обращаются к врачу. ОКР — невротическое расстройство, основными признаками которого являются повторение мыслей и каких-либо действий. ОКР может возникать само по себе как самостоятельное заболевание, а может проявляться как часть более тяжелых расстройств, в частности, шизофренического спектра. Лечение будет зависеть от выявленных причин. Если обсессии ассоциированы со стрессом, социально неблагоприятными ситуациями, на которые реагирует пациент, достаточно легкой психокоррекции и психотерапии. Если же речь идет о шизофрении, необходимо провести целый комплекс мероприятий, включающий психофармакотерапию, психотерапию и возможно даже электросудорожную терапию или транскраниальную магнитную стимуляцию.