можно ли исповедаться но не причащаться
Отличие Исповеди от Причастия. Доступно ли одно без другого?
Как готовиться к Исповеди.
Исповедь и Причастие – это два РАЗНЫХ Таинства.
Для Исповеди никакой подготовки не требуется.
Исповедоваться без Причастия можно. Но Причащаться без Исповеди нельзя
(за исключением тех прихожан, кому благословил духовник).
Отличие Исповеди от Причастия. Доступно ли одно без другого?
Если вы сейчас желаете приступить к Исповеди, а ко Причастию не готовились, или еще не знаете – как готовиться ко Причащению, то к Исповеди вы можете приступить сейчас в любом случае, без всякого препятствия. Для этого от вас не потребуется знание какой-то специальной инструкции, т.к. для Исповеди не требуется никаких спец. знаний, и никакой спец. подготовки.
В данном случае Исповедь является и частью подготовки ко Причащению: душа готовится ко Причащению покаянием, отпущением грехов.
Итак, исповедоваться без Причастия можно, но причащаться без Исповеди (в первый раз) нельзя.
Что требуется для того, чтобы приступить к Исповеди?
Для этого достаточно знать свои грехи, и иметь желание в них покаяться.
Можно приступить к Исповеди независимо от того – постились вы или нет, кушали сегодня или не кушали.
Вы сейчас стоите в храме? В данный момент совершается в храме Исповедь? Вам припомнились ваши грехи, появилось желание сбросить с себя греховный камень – исповедоваться? Идите на Исповедь прямо сейчас, не нужна вам для этого никакая инструкция, вы имеете всё что нужно: грехи и покаяние.
Когда человек решает приступить к Исповеди в первый раз, то обычно свои наибольшие грехи он хорошо помнит и осознает, они лежат «на поверхности» души. С ними и идите сейчас на Исповедь, выскажите все грехи, которые помните сейчас, а то что вспомните после – принесёте на следующую Исповедь. Не откладывайте своё покаяние «на завтра», когда вы забудете грехи, потеряете решимость исповедоваться, зачерствеете душой, и потеряете способность покаяться.
Если у вас сейчас в храме созрела решимость исповедоваться, но в данный момент Исповедь в храме не совершается, и нет священника в храме, чтобы спросить – есть ли у него возможность поисповедовать вас сейчас, тогда вознамерьтесь исповедоваться на любом ближайшем богослужении. Исповедь совершается на каждом вечернем богослужении (в период Великого Поста – не на каждом вечернем богослужении), которое традиционно во всех храмах начинается в 17:00. В некоторых храмах Исповедь совершается и на утреннем богослужении, которое начинается традиционно во всех храмах в 08:30. Для точности посмотрите расписание богослужений на церковной ограде храма, или спросите у церковных работников. В настоящее время все храмы постепенно переносят совершение Исповеди только на вечернее богослужение.
Если есть время перед Исповедью: один или несколько дней.
Воспоминаемые вами грехи, для своего удобства, вы можете записать на листочек, сделав для себя шпаргалку (чтобы не забыть). Придя на Исповедь можно исповедоваться на память, пользуясь при необходимости составленным списком грехов, или же просто всё прочитать по листочку. Желательно читать самому.
При воспоминании своих грехов, можно воспользоваться как подсказкой – просмотром общего перечня наиболее распространённых грехов, который можно найти в церковной лавке или в интернете. Брошюрка с перечнем грехов, обычно называется «В помощь кающемуся».
Перед тем, как идти на Исповедь, можно дома прочитать покаянный канон, или утренние молитвы, или 50-й Псалом, или молитву «Отче наш», и просто произнести молитвенное воздыхание: «Господи, прими моё покаяние, даруй мне прощение моих согрешений».
Но здесь нет обязательного требования, это на ваше усмотрение. Для Исповеди достаточно иметь осознание своих грехов и покаяние.
Перед исповедью нужно примириться с обидчиками и простить обиды.
Основные понятия об Исповеди.
Исповеданные грехи в следующий раз на Исповеди называть не нужно, если они не повторялись снова.
В последующие Исповеди нужно называть грехи, которые еще припомнились человеку, и те, которые повторились снова.
5. Сколько раз нужно исповедоваться? Как часто?
В день Крещения душа человека одевается в белые одежды, в одежды «света», в одежды «радости».
После же Крещения, человек эти одежды пачкает. И каждый из нас эти одежды запачкал своими грехами.
Но православный человек отличается от не церковного (и от формально православного) тем, что эти «одежды» регулярно очищает таинством Исповеди. Появились грязные пятнышки, и православному человеку неприятно быть грязным, ходить в такой грязной одежде, и он скорее спешит на Исповедь, и в своих грехах кается. И получает снова светлые одежды, и имеет духовную радость. Какой бы не была грязной душа человека, какими бы великими грехами не осквернила себя, если человек кается, то Господь очищает любую грязь, и облачает душу человека в светлые одежды радости и чистоты.
Все православные христиане стараются исполнять 4-ю заповедь Закона Божия: «Шесть дней работай, седьмой же посвящай Господу Богу Твоему», и каждый воскресный день приходят в храм: благодарят Бога за неделю прошедшую (за радости и за скорби), просят Божьего благословения на следующую неделю, и испытывают свою душу: какие грехи совершили за неделю? Если припомнились какие-то грехи, тогда подходят на Исповедь, и в своих грехах каются, и исходят из храма в светлых одеждах радости. Это самая оптимальная периодичность.
Может отложить Исповедь «на завтра»?
При каком исповедании – в прощении грехов будет отказано?
Сокрытые грехи.
Есть грехи, которые человек не может исповедовать, потому что не помнит их, это – забытые грехи. С этим ничего не поделаешь, если Господь не откроет памяти человека. При искреннем покаянии в ведомых и в не ведомых грехах, Господь прощает и забытые грехи.
Но если человек свой грех точно знает и помнит, но намеренно не называет его, например, по причине стыда, тогда такой грех называется «сокрытым», он становится сугубым, приобретает большую тяжесть, и осуждение. И человек отходит от Исповеди с тяжелым сердцем, с осознанием того, что у него не хватило смелости, решимости свой грех назвать. Но если и трудно было назвать свой грех, но человек преодолел себя и всё-таки грех свой назвал, тогда он отходит от Исповеди с радостью, и ощущением победы: было тяжело, но человек победил, и получил прощение.
Перед Исповедью священник произносит такое поучение:
« Вот чадо, Христос невидимо стоит, принимая твое исповедание: не устыдись, и не убойся, но без оправдания скажи всё, что соделал, да получишь оставление от Господа нашего Иисуса Христа. Я же только свидетель есть, да свидетельствую перед Ним, все, что скажешь мне, если же что скроешь от меня: сугубый грех будешь иметь. Будь внимателен, чтобы тебе не уйти из врачебницы не уврачеванным».
Формулировка грехов.
Иногда человек на Исповеди желает рассказать не грехи, но то – какой он великий праведник, какие подвиги совершает, как постится, как он молится, или желает рассказать какие-то пространные истории из своей жизни о чудесных случаях с ним, и т.п. Нет, на Исповеди нужно не добродетели свои выставлять и хвастаться, но сказать всё самое грязное о себе, самое скверное, всё, за что стыдно ему: от этой грязи человек и пришел избавиться на Исповедь.
А человека?
Ангелы не смогли бы и слушать наши грехи, но испепелили бы нас, поэтому Господь поставил для Исповеди такого же человека из плоти и крови, который сам имеет опыт грехопадения и покаяния. Если бы апостол Петр не согрешил, каким бы он строгим был пастырем? Но апостол Петр – отрекся от Христа трижды, затем покаялся, горько плакал, и Бог его простил восстановил в апостольском чине. Также и каждый священник имеет множество грехов, борется с ними, кается, исповедуется, и Бог подает прощение. Т.е. священник сам на себе знает, что такое грех, покаяние и прощение. А некоторые священники насобирали множество грехов до священства, и потом покаялись, изменили. Поэтому священник, имея личный опыт прощения своих грехов на Исповеди, радуется за кающегося человека, какие бы тяжелые грехи человек не называл: чем тяжелее грех, тем больше радость о его покаянии и прощении.
Церковь учит, что на Суде Божием будут принимать участие и все святые, которые имели такую же плоть и кровь, имели такие же страсти и соблазны, но победили. Поэтому и святые – будут нашими обличителями, т.к. имели равные с нами возможности или впасть в грех, или победить его.
Таинство Исповеди установлено не человеком, но Богом. Господь дал власть Своим ученикам прощать грехи, сказав: «Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся» (Ин. 20:23). И эта власть передается в Церкви от апостолов до настоящего священства.
Как готовиться к Исповеди.
Исповедь и Причастие – это два РАЗНЫХ Таинства.
Для Исповеди никакой подготовки не требуется.
Исповедоваться без Причастия можно. Но Причащаться без Исповеди нельзя
(за исключением тех прихожан, кому благословил духовник).
Отличие Исповеди от Причастия. Доступно ли одно без другого?
Если вы сейчас желаете приступить к Исповеди, а ко Причастию не готовились, или еще не знаете – как готовиться ко Причащению, то к Исповеди вы можете приступить сейчас в любом случае, без всякого препятствия. Для этого от вас не потребуется знание какой-то специальной инструкции, т.к. для Исповеди не требуется никаких спец. знаний, и никакой спец. подготовки.
В данном случае Исповедь является и частью подготовки ко Причащению: душа готовится ко Причащению покаянием, отпущением грехов.
Итак, исповедоваться без Причастия можно, но причащаться без Исповеди (в первый раз) нельзя.
Можно ли причащаться без Исповеди
Грех ли Причастие без исповеди?
Таинство Причастия или Евхаристии (с греческого – благодарение) – главное Таинство Православной Церкви и, одновременно, наиболее часто совершаемое Таинство: в любом храме Причастие совершается каждое воскресенье и по праздникам, а в храмах, где служит больше одного священника – каждый день, за исключением особых дней Церковного Устава.
Многие люди, понимая это, хотят приступить к Таинству и причаститься в конце Литургии, но не знают, что нужно для этого сделать. К Причастию, действительно, нужно готовиться. Многие спрашивают сотрудников церковной лавки и священников, можно ли просто причаститься? Необходимо ли исповедоваться перед этим и когда?
История установления Таинства Евхаристии
Таинство Евхаристии, Причастия было установлено Самим Господом во время Тайной Вечери, в Страстной Четверг, перед Распятием. Это событие описывают все евангелисты и наиболее подробно – апостол Иоанн Богослов.
Ради укрепления веры апостолы перед Своей смертью и ради рождения Церкви, скрепленной Самим Телом Христа, Господь совершает и устанавливает навечно величайшее Таинство, скрепившее Новый Завет между Богом и человеком – Таинство Евхаристии (по-гречески благодарения), по-русски обычно называемое Таинством Причастия.
Христос взял в Свои руки хлеб и, благословив знамением, разломил, затем налил вина и раздал все ученикам, говоря: «Возьмите и ешьте: это Тело Мое и Кровь Моя». Этими словами священники по сей день благословляют вино и хлеб за Литургией, когда они пресуществляются в Тело и Кровь Христову.
Иисус Христос за Тайной Вечерей устанавливает: Богу больше не нужны жертвенные убийства животных и кровь жертвенная, ведь Единственным Агнцем остается Сам Сын Божий, Который умирает, чтобы гнев Божий за каждый грех миновал человека, верующего во Христа, причащающегося Его.
Именно опресноки – пресные хлеба – и красное вино были на столе во время Тайной Вечери. Поэтому по сей день освящают, пресуществляя в Святые Дары красное вино и просфоры.
Исповедь без Причастия
На Исповедь можно прийти и не готовясь к Причастию. То есть перед Причастием Исповедь по большей части необходима, а вот на Исповедь можно прийти и отдельно.
К любой Исповеди также нужна подготовка – это, в основном, размышления о своей жизни и покаяние, то есть признание того, что определенные дела, которые вы делали, являются грехами.
Если вы никогда не исповедались, начните вспоминать свою жизнь с семи лет (именно в это время ребенок, растущий в православной семье, по церковной традиции, приходит на первую исповедь, то есть может четко отвечать за свои поступки). Осознайте, какие проступки вызывают у вас угрызения совести, ведь совесть, по слову Святых Отцов – голос Божий в человеке. Подумайте, как можно назвать эти поступки, например: брал конфеты, сохраненные на праздник без спросу, разозлился и накричал на друга, оставил друга в беде – это воровство, злоба и гнев, предательство.
Записывайте все грехи, которые вспомните, с осознанием своей неправды и обещанием Богу не повторять этих ошибок.
Почитайте православную литературу об Исповеди.
Страх Исповеди, что делать, если боишься Исповеди
Во время Исповеди человек называет свои грехи священнику – но, как сказано в молитве перед Исповедью, которую прочитает священник, это исповедание Самому Христу, а священник – лишь служитель Бога, который подает зримо Его благодать. Прощение мы получаем от Господа: в Евангелии сохранились Его слова, которыми Христос дает апостолам, а через них – священникам, их преемникам, власть отпускать грехи: “Примите Духа Святого. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся”.
В Исповеди мы получаем прощение всех грехов, которые назвали и тех, которые мы забыли. Ни в коем случае нельзя утаивать грехи. Если вам стыдно, назовите грехи в числе прочих коротко.
И никогда не бойтесь идти на Исповедь! Господь милостив. Верьте в Господа, Его милосердие и Его благодатную помощь; верьте, что Таинство Исповеди по Христовой благодати и силой Его Крестной смерти уничтожит все грехи ваши.
Православная Церковь о Причастии
Молитвенная подготовка к Причастию – это ряд молитв и канонов, череда прекрасных обращений к Богу, составленных в течение веков святыми. Читаются они обычно на церковнославянском и заключают слова покаяния и благодарения к Богу за Его силу, подаваемую в Таинстве Причастия.
Существует Канон покаянный ко Господу, который вы можете прочитать, стоя перед иконой, накануне исповеди. Он входит и в число молитв, которые являются подготовительными к Причастию. Есть и несколько православных молитв с перечнем грехов и покаянными словами. С помощью таких молитв и Покаянного канона вы подготовитесь к Исповеди скорее, потому что вам будет легко понять, какие же поступки называются грехами и в чем вам нужно каяться.
Другими составляющими правила к Причастию являются
Также к Причастию нужно готовиться постом и воздержанием. Стоит узнать из православной литературы о Причастии перед приобщением к Таинству более подробно.
Подготовка к Причастию постом смягчается для беременных, больных и путешествующих.
Соборование и Причастие
Таинство Соборования или Елеосвящения нельзя путать с елеопомазанием, которое совершается за Всенощным бдением (вечерней службой, совершающейся каждую субботу и перед церковными праздниками) и является символическим благословением Церкви. Соборуют всех желающих, даже здоровых телом, обычно в Великий пост, а тяжелобольных весь год – по необходимости даже дома. Это Таинство исцеления души и тела. Оно имеет целью очищение от неисповеданных грехов (особенно это важно сделать перед смертью) и исцеление болезни.
В ходе совершения Таинства священники читают по семь текстов из Нового Завета. После каждого чтения елей наносится на лицо, глаза, уши, губы, грудь и руки человека. Традиция полагает, что так отпутаются человеку все забытые грехи. После Соборования нужно приступить к Таинству Причащения, а также Исповеди – до или после Соборования. Но Соборование не заменяет Исповедь.
Исключения для Причастия без Исповеди
Часто благословляют причащаться без Исповеди на Пасху Христову, однако это должен во всеуслышание сказать священник в храме. Если же священники совершали Таинство Исповеди и в пасхальную ночь, нельзя «уговорить себя», мол, пойду причащусь так.
Кроме того, по церковному обычаю причащаться без Исповеди на Пасху могут только люди, хотя бы частично выдержавшие Великий пост.
Особые исключения для Причастия без Исповеди делают для тяжелобольных и умирающих людей: если не позволяет время жизни, если человек уже не может говорить и никак объясняться, но выказывает желание причаститься, его причастит священник без Исповеди.
Да хранит вас Господь благодатью Своих Таинств!
Боюсь исповедоваться и не причаститься
Приблизительное время чтения: 3 мин.
Вопрос читателя:
Я очень боюсь исповедоваться и потом не причаститься. Мне известно, что на исповеди батюшка всегда говорит: «Прощаю и разрешаю от всех грехов». Но если не причаститься после исповеди, то тогда этот грех снова ведь в душу вернется и с собой возьмет еще 7 злых духов новых, еще более злых. Вот я и боюсь, что вдруг я исповедуюсь вечером в субботу, а в воскресенье утром заболею и не смогу пойти в церковь, или вдруг если батюшка не допустит к причастию, то как тогда быть, переживать? Это все очень действительно страшно? Спасибо вам заранее за ответ.
Отвечает протоиерей Андрей Ефанов:
И где и от кого вы узнали о том, что якобы «если не причаститься после исповеди, то тогда этот грех снова ведь в душу вернется и с собой возьмет еще 7 злых духов новых, еще более злых»?
В Евангелие от Матфея действительно есть слова о семи еще более злых духах, но там они даны в другом контексте:
» Когда нечистый дух выйдет из человека, то ходит по безводным местам, ища покоя, и не находит; тогда говорит: возвращусь в дом мой, откуда я вышел. И, придя, находит его незанятым, выметенным и убранным; тогда идет и берет с собою семь других духов, злейших себя, и, войдя, живут там; и бывает для человека того последнее хуже первого. Так будет и с этим злым родом» (Мф, 12: 43-45).
Здесь Христос говорит о том, что нам не достаточно очистить свою душу от грехов, злых дел и мыслей, но надо наполнить ее после добрыми мыслями и делами, молитвой, чтобы на место одного старого греха, не пришло еще несколько новых.
Недопущение ко причастию возможно только для Вашего блага, чтобы причащение не было во осуждение. Не бойтесь этого, примите как совет врача и сделайте все, что скажет священник, чтобы спустя некоторое время иметь возможность приступить не только к Таинству Исповеди, но и ко Причастию. Храни Вас Бог!
Архив всех вопросов можно найти здесь. Если вы не нашли интересующего вас вопроса, его всегда можно задать на нашем сайте.
Исповедь перед причащением – всегда
Поэтому следующая за этим оговорка о том, что «в отдельных случаях, с благословения духовника, миряне, намеревающиеся приступить ко Святому Причащению несколько раз в течение одной недели – в первую очередь на Страстной и Светлой седмицах, – могут быть в качестве исключения освобождены от исповеди перед каждым причащением», выглядит нарушением важнейшего традиционного принципа, уступкой противникам непременной исповеди перед причащением в день Литургии или накануне вечером. Стоит только сделать одну такую уступку, предоставить решение вопроса «на усмотрение духовника» (уже и звучит предложение прибавить сюда Святки) – и пошло-поехало. Сначала кажется, что – да, Страстная и Светлая седмицы – особые дни года, частые исповеди и причащения, отсутствие поста на Светлой есть вроде бы причины для отмены обязательной исповеди, – но эти причины угрожают главному: общему принципу непременной исповеди перед причащением мирян. Помнится, еще в 1994 году, на памятной церковной конференции в гостинице «Даниловская», обсуждавшей вопросы неообновленчества, один из представителей Троице-Сергиевой лавры сказал: ничего нельзя трогать в нашем богослужении совершенно; тронешь хоть что-то – начнет рушиться всё здание.
Наша вера – покаянная. Семь Таинств Церкви – это полнота Православия, ни одним из них невозможно пренебречь без ущерба для дела нашего спасения (в том числе и Таинством Браковенчания).
В этом существенная особенность нашей православной веры: мы храним заповеди Евангельские, правила Вселенских соборов, святых отцов, наши духовные традиции, не подвергая их ни малейшему сомнению, не отвергая в них ни йоты. А если не можем что-то из них соблюдать, то не правила отменяем в угоду своей немощи, а каемся в ней.
Часто исповедуешься? Даже, бывает, каждый день? Ведешь такую серьезную духовную жизнь? И при этом считаешь, что можешь прожить хотя бы сутки без греха? Только в одном случае такое возможно: если ты их не видишь, не замечаешь. Тогда смотри лучше. Молись, проси снова: «Дай ми зрети моя прегрешения». Вот тебе подсказка: а не грешишь ли ты недостаточным вниманием к своей внутренней жизни, ходишь ли ты перед Богом? Неужели за весь день ты не боролся с дурными мыслями, чувствами, с раздражением, с ленью? Со своеволием, самомнением, с праздномыслием, празднословием, осуждением? Во всем ли с тобой была согласна твоя совесть? А нет ли у тебя недостатка страха Божия, когда ты приступаешь к Страшным Христовым Тайнам? Крепка ли твоя вера? А может быть, ты думаешь, что грехи – это только какие-то явные проступки (убил, украл)? А лукавство? А недобрые намерения, пожелания? А отсутствие добрых дел? А самооправдание – даже такое вроде бы бесспорное: мол, я же не мог быть в двух местах сразу? Не мог, допустим, но покаяться-то кто тебе мешает? Было бы желание. Нет желания? Это опять-таки вопрос для исповеди, для покаяния: а почему его нет? А не беспечность ли это? Не кроется ли за этим гордыня-матушка, которая раньше нас родилась и всегда у нас за плечами ходит? Ведь мы грешим, даже когда вроде бы делаем добрые дела (тщеславимся ими, осуждаем тех, кто их не делает…). Когда молимся, исповедуемся, причащаемся…
Итак: нежелание мирянина приступать к исповеди каждый день, каждый раз перед причащением говорит, скорее всего, о недостаточно развитой у него глубокой, внимательной духовной жизни, о недостатке покаянного чувства. Короче говоря, о том, что ему-то как раз нужно стремиться стяжать потребность в исповедании грехов, не пропуская ни одной такой возможности. Нет потребности еще – ну, так есть, слава Богу, на то правило матери-Церкви: она, как мать, тебя подвигает на то, что тебе трудно делать, но полезно.
А то что же, именно в Страстную седмицу, самые покаянные дни года, когда, можно сказать, всё творение кается, – причащаться без исповеди?
Даже и при ежедневном причащении ежедневная исповедь нужна – она все-таки поможет человеку оглянуться на прожитый день (что полезно нам делать всегда, недаром в конце молитв на сон грядущим есть исповедание грехов повседневное) – хотя каждый день миряне причащаются очень редко.
Возможность частого исповедания – это, конечно, драгоценная возможность для мирянина. Это, можно сказать, духовная роскошь. Другое дело, что осуществить это не так просто для духовенства. В этом – другой аспект вопроса: о возможностях духовенства исповедовать всех мирян перед причащением в такие дни, как Торжество Православия – Вербное воскресенье – Великий четверг – Великая суббота, – то есть в течение нескольких дней года, когда больше всего причастников.
Конечно, батюшки очень устают в эти дни. Но выход, думается, лучше искать в улучшении качества исповеди прихожан, в их собственном сосредоточенном внутреннем покаянии – чему опять-таки способствует правило неукоснительной предварительной исповеди перед причащением.
В этом улучшении качества исповеди, думается, наша важнейшая забота сегодня (и слава Богу, что нас призвали об этом сегодня в Церкви думать и говорить). В том, чтобы она не была формальной, поверхностной, но живой. Нам нужно не расхолаживать народ православный в его отношении к Таинству покаяния и высшему Таинству Причащения, а, напротив, призывать лучше исповедоваться и всячески помогать в этом. Призывать наших прихожан на исповеди действительно просить у Бога прощения за свои грехи, учиться видеть их, учиться ни в чем себя не оправдывать, но быть построже к себе – тогда, может, кое-что и увидим за собой, и почувствуем, и появится потребность каяться даже чаще, чем причащаемся, – однако с пониманием относясь к возможностям священников. То есть, как и во всем: идти не назад, а вперед. Учиться на исповеди не многословить, не рассказывать историй со многими подробностями, не впутывать в свои грехи других людей, тем самым стараясь себя оправдать. Не осуждать других, прибавляя себе на исповеди новых грехов. Не путать исповедь с приемом у врача (болезни – не грехи, но следствие грехов). Не хвалиться на исповеди в том, что ты выполняешь, но просить у Бога прощения за содеянное, действительно обличая себя. Вот важнейшая общецерковная задача для нашего времени, для исправления наследия советских времен. Недаром богоборцы в советское время стремились насадить так называемую «общую исповедь», без общения священника с пасомым. Но и им, видно, не приходило в голову отменить исповедь совсем, хотя бы частично, – так зачем же в наше время стремиться их в этом превзойти?
Чтобы подвигнуть себя на настоящую исповедь, нужно усилие. Без усилия, без «самопосрамления» (святитель Феофан Затворник) исповедь не приносит той пользы, которую получает душа искренне и чисто кающегося.
Вряд ли возможно и механически накладывать правило подготовки к причащению для мирян на то же правило для духовенства, поскольку остальные обстоятельства в Церкви у них слишком разные. В частности, мирянин всегда имеет возможность исповедоваться перед причащением, а священник – далеко не всегда.
Кстати, принимая исповедь, священник тоже кается перед Богом – он слышит, в чем каются его прихожане, и они ему невольно напоминают о его грехах, иногда показывая батюшке хороший пример строгости к себе.
Если мы, священники, будем усерднее помогать прихожанам лучше исповедоваться, почаще будем говорить проповеди перед исповедью, то и сами будем при этом чаще каяться перед Богом. Ведь когда напоминаешь прихожанам о грехах, то говоришь на основании своего личного опыта, иначе это будут общие слова.
Известный лаврский старец схиархимандрит Пантелеимон (Агриков) говорил пастырям:
«Исповедь должна быть, как проповедь, а проповедь – как исповедь».
Что он имел в виду?
Возможно, то, что Таинство исповеди – удобная возможность для священника дать кающемуся индивидуальную положительную программу: как жить, как поступать именно ему так, чтобы избегать тех грехов, в которых он кается. Эта сокровенная индивидуальная проповедь, произносимая при особенном внимании к слову священника, – сильное пастырское средство.
У людей, слава Богу, есть потребность в исповеди. В том, чтобы их выслушали до конца, не торопили, не обрывали. Услышать совет, сказанный тебе лично, по твоей ситуации. Они приходят иногда исповедоваться и без причастия.
А «проповедь как исповедь» – это, возможно, о том, что всему храму говорить о грехах удобнее, не рискуя вызвать внутреннее ответное сопротивление кающегося.
Что касается Светлой седмицы, когда мы призываемся причащаться, но когда отменен пост, то и ради этих дней не стоит отменять общее правило исповедоваться каждый раз перед причащением. Не только для того, чтобы принести покаяние в тех промахах, которые мы допускаем и на Светлой седмице, и, может быть, не меньше, чем в другое время года. Это время не простое, здесь и искушения бывают, здесь важно духовно не расслабляться, чтобы не потерять то, что приобрели трудами Великого поста. Начинает иногда сказываться и уменьшенное молитвенное правило, и краткость богослужений, и отсутствие постных дней, обильные столы… До этого нас поддерживала аскетика Великого поста, а теперь начался своего рода экзамен: чему мы научились, можем теперь сами себя ограничивать? Ведь для того был Великий пост – чтобы мы духовно подросли, стали духовно свободнее. Работали Господеви со страхом – а теперь можем радоваться Ему с трепетом… Так что и в эти дни тоже нужно внимание к своей внутренней жизни, есть и в эти дни, в чем нам каяться. Кроме того, исповедь нужна в эти дни для того, чтобы не посягать на главное правило – а это очень важно.
То есть, поскольку Православия нет без постов и покаяния, хорошо бы, сократив их в определенные дни перед причащением до минимума, всё же не отменять их совсем ни в один день года.
Наши старшие духовные наставники благословляли и на Светлой седмице перед причащением хотя бы обозначить пост: либо воздерживаться от скоромной пищи накануне вечером, либо не вкушать в день перед Причастием мяса (то есть самая первая ступень поста).
Да, разрешается не поститься на Светлой. Но апостол Павел сказал: «Всё мне позволительно, но не всё полезно» (1 Кор. 6: 12). Разговляться-то лучше осторожно. Так что нам можно позаботиться и о здоровье прихожан. Организм отвык от скоромной пищи за семь недель. Что-то не слышно было от врачей, чтобы кто-то умер от поста, а вот после разговления, говорят, в больницы поступают недавние постники. Ну, съели по пасхальному яичку, по кусочку кулича, пасхи – уже и разговелись, можно об этом не волноваться. Но «из принципа» есть всю неделю одно скоромное, «поскольку можно», даже и перед причащением.
Хотелось бы, чтобы народ Божий сознательно относился к церковным правилам. Не бежал от поста, как советуют не постящиеся врачи, а шел ему навстречу, любил его, считал своим другом. Был бы не как школьники, которые ни в коем случае не выучат больше, чем задали, а если выучат, то расстроятся. Не как рабы, а как сыны. По слову Спасителя: «Не человек для субботы, а суббота для человека». Чтобы самим хотелось трудиться над душой своей.
Миряне хорошо знают, что поститься перед причащением обычно полагается три дня. И поскольку они, как показывает опыт, сами «успешно» сокращают это правило, то лучше их не расхолаживать. Если «официально» разрешить говеть в течение года один день, то может получиться, что и от этого дня ничего не останется. Ныне, сокращая правило самовольно, они все-таки каются в этом, у них есть покаянное чувство, которое нам нужно иметь всегда, а тем более приступая ко Святой Чаше.
На традиционные требования, к которым люди привыкли, они не ропщут. Они, может, и не примут нововведений, если, не дай Бог, таковые будут объявлены «нормой». Так уже было с обновленцами, которые вроде бы шли «навстречу народу» (под давлением богоборческой власти), а народ от них отошел.
Это важная духовная проблема – то, что у многих из нас образовались свои «молитвенные правила», свой личный «церковный устав». Кто постится только Великим постом, кто – только первую и последнюю его неделю, кто на всенощное бдение не ходит, а кто – приходит только на помазание, кто утренние молитвы читает, «когда успевает», а вечерние – не читает вовсе, «поскольку к вечеру устает»… Есть и «свой богослужебный устав»: сокращения богослужений, молебнов, чинопоследований совершения Таинств… Эти самочинные, но твердо укоренившиеся «правила» очень мешают нам двигаться по духовной лестнице. Мы к ним привыкаем, перестаем в них каяться, забываем возвращаться к тому, как было от начала, – как учит нас Сам Господь. На вопрос, позволительно ли разводиться с женой, Он ответил, как мы знаем, четко, раз и навсегда: «Нет». «Что убо Моисей заповеда дати книгу распустную и отпустити ю?» – возразили Ему. «Моисей по жестосердию вашему повеле вам пустити жены ваша, изначала же не бысть тако», – ответил Господь (см.: Мф. 19: 3–8). Одно дело – заповедь, правило, устав, а другое – наше жестокосердие.
Разумеется, мы идем на послабления для прихожан – но они должны оставаться в их понимании исключениями, в которых нужно каяться, а не превращаться в правила. То есть авторитет и незыблемость церковных правил поддерживают в нас покаянное чувство. Правило должно быть стимулом к духовному росту. По образному выражению В.С. Непомнящего из его выступления 1994 года, не нужно лестницу класть горизонтально – она должна вести вверх. Не снисходить к немощам людей, а призывать их к совершенствованию.
Твердость правил не мешает икономии. Напротив, икономия опирается на правила, без них ее нет.
Схиархимандрит Пантелеимон говорил:
«Не дай Бог, если кто-нибудь уйдет от вас не причащенным или не окрещенным».
То есть не отказывать в причащении или крещении, но если человек плохо подготовлен, наставить, принять его покаяние – и все-таки причастить и окрестить. А вдруг он во второй раз не придет? Такие случаи, прости Господи, увы, бывали… Разве это не большее зло, чем нарушение правила?
Можно идти на снисхождение и для детей, и для взрослых – лишь бы им была духовная польза, но не расслабление, не привыкание к «духовному минимализму». В эту сторону опасно двигаться. Отступать и так некуда, враг не собирается отступать, его победы мы все хорошо видим.
Есть проблема формальной исповеди: лишь бы только получить возможность идти причащаться?
Есть, конечно. И у взрослых, и у детей. Но и это говорит о том же: о необходимости совершенствования качества исповеди, но не отмены ее обязательности.
Противники правила исповеди перед причащением говорят о том, что прихожане, которые часто причащаются, высказывают недоумение: мол, на исповеди приходится говорить об одном и том же.
Ну, так что? Мы и молитвы читаем одни и те же, и службы у нас повторяются, и умываемся одинаково много раз в день – так что же, не молиться, не умываться?
Мы каемся не в новых только, а во всех совершённых нами к моменту исповеди грехах, до конца – тогда это будет чистая исповедь: «Аще ли что скрыеши от мене, сугуб грех имаши».
Нам что, нужно дожидаться, когда мы совершим какие-то новенькие, свежие, оригинальные грехи – и тогда будет смысл каяться? Или нам нужно обязательно получше споткнуться, а то и упасть побольнее, чтобы у нас появилось «желание исповедоваться»? А может быть, чтобы не шлепаться в греховную лужу так явно и мерзко, что даже самому будет невыносимо противно, именно для этого исповедоваться как можно чаще, постоянно, даже и профилактически, воюя со всеми своими грехами, не разбирая, новые они или старые, те, которые только, может, затеплились в нашей грешной душе, или те, которые живут в ней постоянно? Так почему же не постоянной должно быть и покаянное чувство, почему не постоянной должна быть исповедь? Может, ты, исповедуясь в одном и том же, наконец-то разозлишься на эту повторяемость и лучше будешь бороться с этими грехами, а не считать их чуть ли не «нормой»?
Нет, не отменять нужно исповедь, если приходится каяться в одних и тех же грехах, но, напротив, тут-то и нужна более глубокая исповедь, в том числе и в том, что человек духовно не совершенствуется, не избавляется от грехов, с выяснением причин, которые ведут к такому печальному топтанию на месте.
Надо от повторяющихся грехов отставать, а не от исповеди.
Не такие уж они «одни и те же», наши грехи, если к ним приглядеться, если не сводить исповедь к перечислению греховных страстей, в разной степени общих всем людям, но быть внимательнее к собственной, вполне конкретной духовной жизни.
Вот как раз когда человек считает, что можно обойтись без исповеди, что она для него лишняя, да еще без исповеди идти причащаться, хотя священник каждый раз призывает приступать к великому Таинству со страхом и верою, – вот тогда-то она ему уж точно нужна.
А мысль о том, что, мол, «у меня маленькие грехи, больших нет», – это не причина отказываться от исповеди. Святые отцы отвечают на вопрос о том, какой грех самый большой, так: тот, который мы считаем самым маленьким. В духовной жизни нет мелочей. Любой грех отделяет нас от Бога.
И диавол ходит «рыкаяй, яко лев, ищяй кого поглотити». Но ходит очень осторожно и коварно, рыкаяй бесшумно. Он ненавидит покаяние и исповедь – и не устает бороться против них в наших помыслах и дискуссиях.
Покаянное чувство, сознание своей греховности – это соль, которая бережет нас от духовного гниения, от гордыни. Имейте соль в себе – это и о покаянии.
Святой праведный Иоанн Кронштадтский советовал священникам: «Не привыкайте служить». А к мирянам можно эту мысль отнести так: «Не привыкайте причащаться». При отсутствии обязательной исповеди привыкнуть легче.
Чем лучше мы готовимся к этому Таинству, тем больше пользы нашей душе, да и телу.
В Последовании ко Святому Причащению известный старец протоиерей Тихон Пелих особенное значение придавал 4-й молитве «Яко на Страшнем Твоем и нелицеприемнем предстояй судилищи, Христе Боже…» – самой покаянной. Хорошо бы она была во всех молитвословах.
Слишком высока, непостижимо высока и таинственна святыня Тела и Крови Христовых, причащения которых недостоин ни один смертный, чтобы перед принятием Страшных Христовых Таин мы по любым причинам пренебрегали необходимостью очистить свою совесть покаянием, да не в суд или осуждение будет принятие великой святыни.
Священник Николай Булгаков,
настоятель храма Державной иконы Божией Матери в г. Жуковском